Cлово "ДРУГ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ДРУГУ, ДРУГА, ДРУГЕ

1. Метерлинк Морис. Пелеас и Мелисанда (драма)
Входимость: 22.
2. Сестры
Входимость: 20.
3. Огненный ангел. (Глава 8)
Входимость: 13.
4. Огненный ангел. (Глава 6)
Входимость: 12.
5. В.Ф. Ходасевич. "Некрополь". Mуни
Входимость: 12.
6. Переводы. Жан-Батист Мольер. Амфитрион
Входимость: 11.
7. Переводы. Оскар Уайльд. Герцогиня Падуанская
Входимость: 11.
8. Элули, сын Элули
Входимость: 11.
9. Огненный ангел. (Глава 4)
Входимость: 10.
10. Моцарт. (Глава 8)
Входимость: 10.
11. А. Белецкий. Первый исторический роман В. Я. Брюсова
Входимость: 9.
12. Юпитер поверженный. Книга вторая. Глава XI
Входимость: 8.
13. В подземной тюрьме
Входимость: 8.
14. Под Старым мостом
Входимость: 8.
15. Семь земных соблазнов. (Часть 5)
Входимость: 8.
16. Валерий Брюсов. Здравого смысла тартарары
Входимость: 8.
17. Рея Сильвия. (Глава 5)
Входимость: 8.
18. Огненный ангел
Входимость: 8.
19. В зеркале
Входимость: 7.
20. Огненный ангел. (Глава 14)
Входимость: 7.
21. В.Ф. Ходасевич. "Некрополь". Горький
Входимость: 7.
22. В.Ф. Ходасевич. "Некрополь". Есенин
Входимость: 7.
23. Переводы. Жан-Батист Мольер. Амфитрион. Действие третье
Входимость: 7.
24. В.Ф. Ходасевич. "Некрополь". Андрей Белый
Входимость: 6.
25. Д. Ратгауз. Поэт банальностей
Входимость: 6.
26. Огненный ангел. (Глава 11)
Входимость: 6.
27. Голубкова А.А.: Критерии оценки в литературной критике В.В. Розанова. Введение
Входимость: 6.
28. Переводы. Оскар Уайльд. Герцогиня Падуанская. (Действие 5)
Входимость: 6.
29. Последние страницы из дневника женщины
Входимость: 6.
30. Моцарт. (Глава 2)
Входимость: 6.
31. Учители учителей. 8. Исторические аналогии
Входимость: 5.
32. Огненный ангел. (Глава 2)
Входимость: 5.
33. С. П. Ильёв. "Огненный Ангел". Введение в комментарий
Входимость: 5.
34. Метерлинк-утешитель (О "жёлтой опасности")
Входимость: 5.
35. Владимир Соловьев. Смысл его поэзии
Входимость: 5.
36. В защиту от одной похвалы
Входимость: 5.
37. Огненный ангел. (Глава 10)
Входимость: 5.
38. Огненный ангел. (Глава 13)
Входимость: 5.
39. В.Ф. Ходасевич. "Некрополь". Гумилев и Блок
Входимость: 5.
40. Юпитер поверженный. Книга третья. Глава II
Входимость: 5.
41. Юпитер поверженный. Книга вторая. Глава VI
Входимость: 4.
42. Голубкова А.А.: Критерии оценки в литературной критике В.В. Розанова. 2. 2. 1. Интерпретация творчества Гоголя второй половины 1880-х – середины 1890-х гг.
Входимость: 4.
43. Через пятнадцать лет
Входимость: 4.
44. Голубкова А.А.: Критерии оценки в литературной критике В.В. Розанова. 2. 5. Брюсов и декаденты
Входимость: 4.
45. Моцарт. (Глава 7)
Входимость: 4.
46. Статьи о Пушкине. Стихотворная техника Пушкина
Входимость: 4.
47. Моцарт. (Глава 6)
Входимость: 4.
48. Огненный ангел. (Примечания)
Входимость: 4.
49. Валентинов H.: Брюсов и Эллис
Входимость: 4.
50. Восстание машин
Входимость: 4.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Метерлинк Морис. Пелеас и Мелисанда (драма)
Входимость: 22. Размер: 70кб.
Часть текста: Подождите! Подождите! Не знаю, смогу ли я отпереть... Она никогда не отпирается... Подождите, пока рассветет... Первая служанка. На дворе совсем светло; я вижу солнце сквозь щели... Привратник. Вот большие ключи... Ах, как скрежещут замки и засовы!.. Помогите мне! Помогите мне! Служанки. Мы тянем... Мы тянем... Вторая служанка. Она не отворится... Первая служанка. А! А! Она отворяется! Медленно отворяется! Привратник. Как она скрипит! Она всех перебудит... Вторая служанка (появляясь на пороге). Ах, как уже светло на дворе! Первая служанка. Солнце встает над морем! Привратник. Она растворена... Она растворена настежь!.. Служанки появляются на пороге и переступают его. Первая служанка. Прежде всего я вымою порог... Вторая служанка. Никогда нам не отчистить всего этого. Другие служанки. Принесите воды! Принесите воды! Привратник. Да, да. Лейте воду, вылейте всю воду потопа, вы никогда своего не добьетесь... КАРТИНА ВТОРАЯ Лес. У источника -- Мелисанда. Входит Голо. Голо. Я не сумею выйти из лесу... Бог знает куда завел меня этот зверь. Мне казалось, однако, что я его ранил насмерть, и вот следы крови. Но теперь я потерял его из виду; кажется, я потерял и дорогу, и собаки мои уже не находят меня -- придется вернуться по своим собственным следам... Я слышу плач... О! О! Кто это там, у воды?.. Девочка плачет у источника? (Кашляет.) Ей не слышно меня. Мне не видно ее лица. (Приближается и трогает Мелисанду за плечо.) О чем ты плачешь? Мелисанда вздрагивает, вскакивает и хочет бежать. ...
2. Сестры
Входимость: 20. Размер: 30кб.
Часть текста: столе еще стояли остатки недавнего грустного ужина, едва начатая бутылка вина, погасший самовар. Лидия решилась произнести слова: -- Кэт, не хочешь ли чаю? Ты, кажется, не пила. Мара нервно повела плечами. Кэт покачала головой. Все трое сели, и молчали, и думали об одном. Думали о снежном поле и о тройке, бодро бегущей по свежему снегу дороги; думали о станции, унизанной огоньками; им слышались мерные стуки колес, сливающиеся с первыми образами сна, когда приникаешь щекой к жесткой вагонной подушке... Потом они думали о далеком Париже, широких и светлых площадях, пестроте и мелькании бульваров. Думали о том, что Николай не вернется никогда. Чувство бессильного, позднего раскаянья подымалось со дна души у каждой, высилось как вода, переливалось через край: самое мучительное из всех чувств. И на трех разных языках трех разных душ они говорили, сами себе, одни и те же слова: как можно было пропустить этот последний миг? Как можно было не сделать крайней, пусть отчаянной, попытки? Что если спешить, догнать, что-то сказать, что-то исполнить?.. Или теперь уже поздно? поздно? поздно? Сестры молчали, но им казалось, что они обмениваются незначащими словами. А может быть они обменивались незначащими словами, но им казалось, что они молчат. За окнами начинал крутиться снег. Под сетью вьющих снежинок стал более смутным и поворот дороги, и откос с чернеющим частоколом молодого соснового леса, и, справа, даль, безжизненного поля. Проходило какое-то время. И было довольно одной капли, упавшей в тот же сосуд безнадежности, одного слова, одного толчка, чтобы эти три женщины вскочили с криком ужаса, упали бы без чувств или бросились друг на друга, как три волчихи, чтобы грызться и царапать когтями. Но минуты проходили за минутами все в том же оцепенении. Только снег шел все гуще. Только совсем замолкли звуки в домике, где жила прислуга. И кто-то сказал, что уже...
3. Огненный ангел. (Глава 8)
Входимость: 13. Размер: 26кб.
Часть текста: не однажды. Теперь положение вещей усложнялось тем, во-первых, что вызывающим, и притом без надлежащего повода, был я, и тем, во-вторых, что ставил я себе целью поразить противника насмерть, - и от всего этого было мне тяжко и трудно, как если бы предстояло выполнить долг палача. В те минуты не сомневался я нисколько, что перевес и превосходство в бою будут принадлежать мне, ибо, хотя уже давно не случалось мне упражнять руку, был я одним из лучших бойцов на длинных шпагах, тогда как граф Генрих, преданный исключительно книжным занятиям и философским размышлениям, не мог иметь времени (так мне тогда казалось) достаточно изощриться в искусстве Понца и Торреса. Смущало меня другое, - именно то, что во всём городе, помимо старого Глока, не было у меня человека знакомого, и не видел я, кому, согласно с обычаем поединков, поручить переговоры с противником и устройство нашей с ним встречи. После долгого колебания, порешил я постучать в дверь одного из своих давних, университетских товарищей, Матвея Виссмана, фамилия которого, как я знал, жила в городе Кёльне уже несколько поколений и которого поэтому я скорее, чем кого другого, мог найти, после прошедших немалых лет, на том же месте, где бывало, у прежних...
4. Огненный ангел. (Глава 6)
Входимость: 12. Размер: 56кб.
Часть текста: неуклонно стремилась моя жизнь. После неудачи нашего опыта я всё ещё не в силах был думать ни о чём ином как о заклинаниях, магических кругах, пентаграммах, пентакулах, именах и характерах демонов... Тщательно пересматривал я страницы изученных книг, стараясь найти причину неуспеха, но только убеждался, что нами всё было исполнено правильно и согласно с указаниями науки. Конечно, отважился бы я повторить вызывание и без помощи Ренаты, если бы не останавливала меня мысль, что ничего нового в свои приёмы внести я не могу и что, следовательно, ничего нового не вправе и ожидать. В этой моей неуверенности, как огонь маяка в белом береговом тумане, стал мерцать мне один замысел, который сначала отгонял я, как неисполнимый и безнадёжный, но который потом, когда мечта с ним освоилась, показался досягаемым. От Якова Глока знал я, что тот писатель, сочинение которого о магии было для меня самой ценной находкой среди всего собранного мною книжного богатства и который дал мне наконец ариаднину нить, выведшую меня из лабиринта формул, имён и непонятных афоризмов, - доктор, Агриппа Неттесгеймский, проживал всего в нескольких часах езды от моего местопребывания: в городе Бонне, на Рейне же. И вот, всё более и всё более, стал я задумываться над тем, что мог бы за разрешением своих сомнений обратиться к этому человеку, посвящённому во все тайны герметических наук и действительно знавшему из опыта и из сношений с другими учёными многое такое, что неуместно было бы передавать через печать profano vulgo. Казалось мне дерзким личными своими делами встревожить работу или отдых мудреца, но в тайне сердца не почитал я себя...
5. В.Ф. Ходасевич. "Некрополь". Mуни
Входимость: 12. Размер: 24кб.
Часть текста: Однако ж, по личным свойствам он не был "человеком толпы", отнюдь нет. Он слишком своеобразен и сложен, чтобы ему быть "типом". Он был симптом, а не тип. Мы познакомились в конце 1905 г. Самуил Викторович жил тогда в Москве, "бедным студентом", на те двадцать пять рублей в месяц, которые присылали ему родные из Рыбинска. Писал стихи и печатал их в крошечном журнальчике "Зори", под псевдонимом Муни. Так и звала его вся Москва до конца его жизни (хотя под конец он стал подписываться: С. Киссин). Так буду и я называть его здесь. Мы сперва крепко не понравились друг другу, но с осени 1906 года как-то внезапно "открыли" друг друга и вскоре сдружились. После этого девять лет, до кончины Муни, мы прожили в таком верном братстве, в такой тесной любви, которая теперь кажется мне чудесною. Внешняя история Муниной жизни очень несложна. Он родился в октябре 1885 года, в Рыбинске, в еврейской семье небольшого достатка. Окончив Рыбинскую гимназию, поступил на юридический факультет Московского университета. Летом 1909 года женился на Лидии Яковлевне Брюсовой, сестре поэта. В первые же дни войны был мобилизован, произведен в зауряд-военные чиновники и скончался в Минске, 28 марта 1916 года. След, им оставленный в жизни,...

© 2000- NIV